Четверг, 06 мая 2010 00:00

Sammy Lee - Все только начинается и Научи меня быть счастливым

Читать онлайн

Часть 1.

-1-

Я обратил на него внимание из-за Янки. В один прекрасный день она пришла от своей подруги и с порога заявила, что встретила любовь всей своей жизни. Сестру я хорошо знаю, поэтому только хмыкнул на это. Она такую любовь встречает как минимум раз в месяц.
- Ой, Костик, он та-акой, - Янка мечтательно закатила глаза, - ну нереально красивый. Высокий, фигура, как у модели, а лицо какое…на Киану Ривза чем-то похож... И главное, сам смуглый, а волосы пепельные, еще с прядками такими светлыми… Совершенство... А как одет… Просто мечта!
- Где ты эту мечту увидела-то?
- А он новый Надькин сосед. Помнишь, у них старушка жила в квартире слева? Вот он там теперь живет. То ли снял, то ли купил.
- И что, Надька тоже вся в мечтах?
- Конечно. Но ей не светит, - Янка чуть погрустнела. - Да и мне тоже, честно говоря.
- Почему?
- Скажем так, не наш уровень. Птица не нашего с Надеждой полета. Увы и ах.
Я обалдел. Чтобы Янка вслух признала, что она недостаточно для кого-то хороша? Стало любопытно посмотреть, что это за перец-то такой?

Случай представился скоро. Наш дом и дом, в котором живет Надька, стоят через двор друг напротив друга. Чтобы выйти на улицу, надо пройти как раз мимо Надькиного подъезда. Догадаться, что это тот самый парень, не составило никакого труда, потому что он на самом деле был «та-акой». Лично я таких эффектных мужчин вживую еще не видел, несмотря на двадцать прожитых лет. Только в телевизоре, в рекламных роликах.
Спустившись с крыльца, он остановился, отвечая на звонок, и, когда я проходил мимо, посмотрел прямо мне в лицо. Я непроизвольно поежился — знаете, видел однажды в каком-то журнале фотографию пумы крупным планом. Так вот, у него были такие же глаза — миндалевидные, светло-карие, цепкие, холодные и спокойные. Ведь на самом деле у крупных хищников в обычной обстановке взгляд не злобный и не свирепый. Они смотрят вот так же — внимательно и абсолютно бесстрастно. Помню, я еще подумал - хорошо, что Янка сама все понимает. Не хочется, чтобы твоя сестра стала просто чьей-то легкой добычей. 

Девчонки продолжали обсуждать нового соседа, как какую-нибудь знаменитость. Всю собранную информацию Янка тут же вываливала мне, как всегда, не заморачиваясь степенью моего интереса. Так я узнал, что его зовут Кирилл, что он, видимо, хорошо зарабатывает, потому что квартиру он купил и еще имеет машину, небольшую «Тойоту», зато новенькую. Кроме того, он не был женат и, кажется, не имел постоянной девушки, потому что, несмотря на бдительность Надьки и ее бабули, никаких баб в его квартире замечено не было, как и вообще гостей. Кирилл, видимо, предпочитал развлекаться не дома. Надька с бабулей единогласно пришли к такому выводу, только первую это обстоятельство огорчало — ну как же, можно было бы столько интересного подсмотреть, а потом рассказывать, а вторую радовало. 
Чужой интерес заразителен, и я как-то поймал себя на том, что, выходя во двор, начинаю искать взглядом высокую фигуру Надькиного соседа, а при редких встречах исподтишка его разглядываю. Но сколько бы не разглядывал, ничего, кроме действительно сногсшибательной внешности, не увидел. Я начал понимать неиссякающее любопытство девчонок — интересно же, что скрывается за этим роскошным фасадом? Такой же прекрасный интерьер или пустые комнаты? Хотелось думать, что второе, но я честно признавался себе, что это от зависти. Уродом я себя никогда не считал, но по сравнению с Кириллом я просто сливаюсь с фоном. А морда у меня мало того, что обычная, еще и неприлично детская. В магазине до сих пор паспорт спрашивают. Вот разве что рост у нас одинаковый…

Не знаю точно, когда мой интерес стал, как бы это сказать, чрезмерным. Просто у меня есть дурацкая черта – если я хочу что-то знать, то не успокаиваюсь, пока не добьюсь своего. Не знаю, любопытство это или любознательность, но закрытость Кирилла превращала меня в какого-то маньяка. Я чувствовал себя девочкой-фанаткой, злился из-за этого безумно, но сделать ничего не мог. Мне 
хотелось знать о нем все — сколько ему лет, где и кем он работает, что ему нравится, что не нравится, как он отдыхает, какие у него друзья... Какой он сам под своей красивой оболочкой? Наверно, мне хотелось понять — есть ли в мире совершенство?

-2-

Пасмурным апрельским днем, только зайдя во двор, я вдруг услышал писклявое:
- Дядя Котик!
Так по-дурацки меня называет только соседская девчонка, Ириша. Я обернулся и застыл от удивления. Иришка шла ко мне, а вел ее за руку Кирилл!
- Вот, - сказал он, растерянно улыбаясь, - чуть мне под колеса не попала. Скользко же. Думал, уже все, пипец…
Он выдохнул и развел руками. Глаза у него все еще были испуганные.
- Да уж, хорошо, что обошлось, - я присел на корточки. - Ты почему одна гуляешь, Ирка?
- А мама спит! – радостно ответила девочка. 
Ну хоть она испуганной не выглядит.Я поморщился, поднимаясь. Значит, Валька опять сорвалась. Вообще-то она неплохая баба, но после развода стала выпивать. Но такого, чтоб ребенка без присмотра оставить, еще не было. Иришке-то всего пять. Надо будет матери сказать, пусть 
дуре мозги вправит.
- Ну, пойдем домой, - я посмотрел на Кирилла, - мы на одной площадке живем.
- Значит, мы все соседи, – он протянул мне руку, - Кирилл. А с дамой мы уже познакомились.
- Костя, - ладонь у него была теплой и твердой. – А даму отшлепать надо!
Ирка надулась.Кирилл погладил ее по голове:
- Не надо шлепать. Только не бегай так больше, ладно? - посмотрел на меня. – Рад 
знакомству. Так и думал, что ты сосед, часто тебя вижу.
- А меня? – ревниво осведомилась Иришка.
- И тебя, – он тепло улыбнулся. Девочка засияла.
Я изо всех сил старался не засиять так же. Было по-детски радостно оттого, что он, оказывается, замечает мое существование. А вдруг он заметил и то, как я на него, мягко говоря, пялюсь? Хотя он, наверное, привык к чужим любопытным взглядам.

Этот случай изменил мое отношение к нему. Казалось бы, все, что я узнал нового — это то, что у Кирилла хорошая улыбка, и он может испытывать простые человеческие эмоции. Ну и еще, что голос у него приятный, низкого глубокого тембра. Но из-под глянцевого образа выглянул живой человек, и этот человек мне понравился.
После этого мы стали здороваться при встрече, перекидываться короткими фразами. Желание «углубить» знакомство становилось просто навязчивым, но я никак не мог придумать, как это сделать. Чем я мог быть ему интересен? Обычный парень, студент, подрабатывающий курьером, без каких-либо особых способностей или хотя бы экзотических увлечений... Осознание своей ординарности никогда никого, думаю, не радовало, но меня в те дни просто давило и плющило. Комплекс неполноценности рос прямо на глазах.

-3-

Тот день начался вполне обычно. Была пятница. Я отучился, отработал, получил зарплату, что существенно повысило мое настроение. Вечером ожидался поход в клуб в компании однокурсников — отмечали день рождения нашей старосты Ленки. Ничто не предвещало катастрофы...
Разгоряченные танцами, мы небольшой толпой выбрались на воздух. Многие из нас были в этом месте впервые. Лешка Скворцов, как завсегдатай, вещал о достоинствах заведения.
- Одно только не очень хорошо, - сказал он. - Здесь рядом место, где пидары собираются. Вот, на той стороне улицы, видите, пацаны? Никогда не ходите туда.
- Да вас туда и не пустят, - фыркнула Ленка. - рылом, извините, не вышли. Вы только посмотрите, какие там мальчики.
Я взглянул и вздрогнул от неожиданности. У указанной двери стоял Кирилл и разговаривал с другим парнем, стоявшим спиной ко мне. Я отчетливо видел их через узкую улицу. Кажется, разговор был неприятный. Кирилл вначале слушал с абсолютно каменным лицом, потом сказал что-то короткое и, наверняка, злое. Собеседник дернулся и попытался взять его за руку. Кирилл отпрянул, сказал что-то еще и ушел. Мужчина постоял, глядя ему вслед, потер обеими руками лицо, потом отошел к стене и закурил. Теперь я хорошо его разглядел. Он был явно старше Кирилла, тоже очень холеный и красивый, хоть и не такой яркий. Я удивился не столько самому открытию, сколько тому, что раньше о таком не задумывался. И еще тому, что мысль о том, что Кирилл – гей, не вызывает во мне никакого негатива по отношению к нему.
Танцевать расхотелось. Я взял большую кружку пива и сел в темном углу, обдумывая новую информацию. Значит, за Янку точно можно не бояться. Это хорошо, хотя уже и неактуально – сестрица наконец-то нашла себе нормального парня. А интересно, кто этот мужик, с которым ругался Кирилл? Они, как это, любовники? Или просто знакомые? 
С падением уровня пива в кружке мысли приобретали все более странное направление. Я думал, что Кириллу идет быть геем. Что у него, наверно, много поклонников. Есть ли у него постоянный партнер или он ограничивается короткими связями? Каких парней он любит? А я бы ему понравился? Стоп! Я попробовал стряхнуть несуразную мысль, но она настойчиво возвращалась и тащила с собой подружек. Думать, как известно, не запретишь, даже себе. И ставя на стол пустую кружку, я с ужасом осознал: я хочу нравиться Кириллу. Я хочу быть сексуально привлекательным для него. И, что самое страшное, я определенно хочу узнать – каково это, заниматься с ним сексом? Мне хочется увидеть его возбужденным, несдержанным, раскрытым для меня. Говоря без обиняков, я хочу Кирилла. Пиздец.

Кажется, я еще никогда не был таким пьяным и таким несчастным одновременно. Мучившая меня все последние дни проблема стремительно перерастала в другую, совершенно неприличную и неразрешимую. Хотелось бы надеяться, что дурь пройдет вместе с опьянением, но я слишком себя хорошо знал и самообманом никогда не занимался. И то удивительно, что до меня так долго не доходила истинная причина моего нездорового интереса к Кириллу. Господи, так я что, педик, что ли? 
Смотреть на буйное веселье однокурсников стало невмоготу, и я потихоньку слинял домой. В метро меня развезло еще больше. Отсвечивать пьяной мордой перед родителями не хотелось, и я решил посидеть на воздухе, дождаться, пока они точно не заснут. Огляделся, выбирая место. Машинально нашел взглядом окна Кирилловой квартиры – света не было. Он не дома или уже спит? Я поискал взглядом его машину. Там, где он обычно ее ставит, было пусто. Кстати, там можно и посидеть. 
Вот за этой будкой, никто не увидит, и чурбачок даже есть…
Было тихо и темно, пахло свежей листвой и черемуховым цветом. Шок постепенно проходил, сменяясь усталой апатией. Что ж теперь страдать, педик так педик. И вообще, лучше подумать об этом на трезвую голову. А сейчас так хорошо на улице… 
Я сидел, прислонившись спиной к стене, смотрел на светящиеся окна, постепенно впадая в бездумно-блаженное состояние, растворяясь в окружающей майской ночи.

-4-

Из эйфории меня вырвал звук подъехавшей машины. А когда одновременно с хлопком дверцы раздался знакомый голос, я чуть не свалился со своего ненадежного сиденья. Кирилл говорил зло и тихо, почти шипел, но мне было все отчетливо слышно:
- Я сказал, ты слышал… Отвали от меня. Я не буду твоей воскресной шлюхой… Все, блядь, достал! – послышалось «пи-ип», видимо, отключился. - С-сука…
Щелкнула зажигалка, снова запикали кнопки на телефоне. Потом Кирилл заговорил совсем другим, бархатно-мурлычущим тоном:
- Русик, солнце, я сегодня свободен, как птица…А ты точно уверен, что я вам помешаю?.. – посмеялся и заговорил уже обычным голосом. - Не знаешь, Стас точно не в Москве? Черт, и Димка занят сегодня… Да, стресс надо снять, ты же меня знаешь…Не хочу я никуда ехать. И выпил, и вообще… Бля, Рус, не думал, что доживу до жизни такой, что потрахаться не с кем будет… Ну давай, прости, если помешал…

Вот честно, до сих пор не знаю, как я решился. Но я выскочил из-за будки и позвал его. Он остановился.
- А, дядя Котик.
Глаза его стеклянно блестели, и я понял, что он тоже порядком пьян. Набрав побольше воздуха, я выпалил:
- Извини, но я все слышал. А … я тебе не подойду?
Кирилл хмыкнул:
- Ребенок, а ты совершеннолетний?
И он туда же. Как же надоело.
- Мне двадцать один будет скоро!
- О, это все меняет, - Кирилл засмеялся и вдруг обнял меня за плечи. – Ну тогда пошли.

В прихожей Кирилл развернул меня лицом к себе:
- Не передумал?
- Нет.
- Это ведь твой первый такой опыт, я прав?
Я молча кивнул. Меня начало трясти, но я упорно выдержал его взгляд. Кажется, это ему понравилось. Янтарные глаза потеплели, и он улыбнулся:
- Не бойся, – взял меня за руку, – пойдем.

Конечно же, он все сделал сам. Да и глупо бы было пытаться проявлять инициативу. Он был ошеломляюще страстным и напористым вначале и одуряюще бесстыдным и податливым потом. У него было фантастическое тело – стройное, сильное, гибкое, со смуглой гладкой кожей, скользящей под руками, как шелк. От него пахло зноем, горькими травами и мускусом, и от этого запаха у меня темнело в глазах. 
Засомневался я только раз – когда он сунул мне презерватив и перевернулся на живот. Я нерешительно провел рукой по маленьким твердым ягодицам. Он посмотрел на меня затуманенными глазами и хрипло, нетерпеливо выдохнул:
- Давай. Я помогу.
От этого голоса мне снесло крышу окончательно. Я перестал сомневаться, перестал думать, целиком доверившись своим инстинктам и чужому телу, умело и чутко направляющему мои движения. Кажется, я все сделал правильно. По крайней мере, Кирилл кончил первым. Когда он глухо застонал и выгнулся, содрогаясь, подо мной, накрыло и меня. Да так, что на миг я вообще отключился.
Мы какое-то время полежали рядом, молча, переводя дыхание. Потом Кирилл приподнялся на локте, небрежно чмокнул меня в плечо:
- А ты классный. 
Я не ответил. Просто не мог говорить. У него опять был этот холодный кошачий взгляд.
- Я…пойду, - наконец сумел выдавить я. Он кивнул, не пытаясь скрыть облегчения. 
Мы вместе встали. Я оделся, он накинул халат.
Выходя, я услышал, как он сладко зевнул. Дверь закрылась, щелкнул замок. Я вышел на улицу, но казалось, что меня заперли внутри и оставили одного в темноте. 

На следующее утро я проснулся с неожиданно ясной головой и четким осознанием масштабов произошедшей катастрофы. Нет, я не так уж сильно парился по поводу неожиданного зигзага собственной сексуальной ориентации. Ну живут же люди с этим, и я смогу, тем более что девчонки объективно для меня привлекательности не потеряли. Но дело в том, что субъективно меня привлекает сейчас только один человек. И для этого человека я – всего лишь одноразовый партнер. Он ясно дал мне это понять.Наверно, мне просто везло, но до сих пор я никогда не знал безответной 
влюбленности. Да и назвать чувства, испытываемые мной сейчас, влюбленностью было неправильно. Не было эйфории, ослепления, ощущения легкости и радости жизни. Была тоска, выкручивающее душу томительное желание, какая-то обреченность. Я злился на него и восхищался им. Я отчаянно хотел его увидеть и одновременно также боялся встречи.
То, чего больше всего боишься, обычно и происходит. Я встретил его, когда, измученный терзаниями, вышел вечером прогуляться. Он был не один. Очередной красавчик – на этот раз блондинистый – окинул меня откровенно оценивающим взглядом, когда Кирилл поздоровался со мной. А Кирилл вел себя как обычно, как всегда. Как будто ничего не было. Мне хотелось разреветься от обиды. Я даже не ревновал. Я был уничтожен.

-5-

Руслан взял протянутый стакан, удобно устроился в кресле. Квартирка друга ему понравилась – Кир вообще умеет хорошо устраивать свой быт. Чего, к сожалению, не скажешь о личной жизни. Кстати, грустный мальчик, встреченный ими во дворе, видимо и был вчерашним «антистрессовым препаратом» Кира. Бедный ребенок…
- Тот мальчик, с которым ты поздоровался – ты с ним был вчера?
- Да. Понравился?
- Сука ты все-таки, Кир. Отымел ребенка.
- Имел-то как раз он меня.
- Давай не будем. Ты прекрасно понял, о чем я.
- Ну…нехорошо получилось. Что уж теперь-то?
- Да ничего.
Рус помолчал, хлебнул виски из стакана. Выпивка у Кира всегда выше всяких похвал, что да, то да.
- А с Сергеем, значит, все? Не жалеешь?
- Нет. 
- А он?
- Да достал. Не знаю, морду ему набить, что ли, чтобы понял, наконец, и отвалил.
- А почему ты так жестко-то? В принципе, ведь между вами ничего не меняется. Ему нужно жениться, статус такой, понять надо мужика. Любит-то он тебя. Ты же все равно с ним жить не собирался. Встречались бы, как раньше, раз в неделю. Или так к жене ревнуешь?
- Да какая ревность, Рус? Мне просто не нужны лишние проблемы. Я и так с ним связываться не хотел – крупный клиент, банковская этика… А уж женатый крупный клиент … На хрена мне это надо. 
- А не боишься, что как клиента его потеряешь? Вдруг он отомстить решит таким образом?
- Нет. Во-первых, таких условий он нигде не найдет. Во-вторых, если ничего не случится, я на следующей неделе в филиал замом перевожусь.
- Да уж, – Руслан вздохнул, с грустью поглядел на друга. Такая знойная красота и такое ледяное сердце. Все просчитано и продумано. Он в сотый, наверно, раз порадовался, что в свое время хватило ума и везения не влюбиться в это прекрасное бессердечное создание. Кто же так тебя обидел, Кир? Или, правда, от природы такой?
- А мальчик-то славный, - сказал он чуть погодя. – Хорошая фигурка, губки пухлые, глазки ясные. Влюбленные-е…
Кирилл поморщился, но во взгляде мелькнуло сожаление:
- Перестань, Рус. Ему двадцать лет, и он живет в соседнем доме. Да тут бабки с рупорами и транспарантами будут стоять круглосуточно. Оно мне надо?
- Да скажи прямо, он тебе нравится, но ты боишься сплетен, – Руслан резко поднялся, встал, нависая над другом. – Вот интересно, до каких пор ты собираешься бегать от проблем? А не думаешь, что всю свою жизнь так просрешь? 
Кир не ответил, только опустил глаза. Руслан сел обратно в кресло, вздохнул:
- Я тебя очень люблю, ты знаешь. Но меня убивает твое отношение к жизни. Ты как будто просто не хочешь быть счастливым. 

Воскресенье прошло в том же разобранном состоянии. Даже родители заметили, что со мной что-то не так. Чтобы избавиться от расспросов, я сбежал в парк и полдня провалялся в прострации у пруда. 
К вечеру понедельника я пришел к выводу, что так жить нельзя. Участь девочки-фанатки, разок трахнутой своим кумиром, меня абсолютно не прельщала. Надо было либо забыть Кирилла и жить дальше, либо хотя бы попытаться стать ему … кем? Ну, наверно, постоянным партнером. Любовником. Я покатал на языке это слово. Мне понравилось.Поскольку забыть Кирилла мне бы при всем желании не удалось, да, честно говоря, и не хотелось, я решил взять себя в руки и начать действовать. В конце концов, он же переспал со мной и даже получил удовольствие. Конечно, его заслуги в этом больше, чем моей, но ведь он хотел меня? Значит, сколько-то я ему нравлюсь?
Принять решение действовать оказалось легче, чем составить план собственно действий. Я промучился над этим еще два дня. Прийти к нему домой? Выставит, можно не сомневаться. А если и не выставит, принципиально ничего не изменится. Будет все тот же одноразовый трах. В постели я ему ничего сказать просто не сумею. А потом он посмотрит на меня глазами пумы, и я молча пойду домой и тихо повешусь.
В конце концов, я решил пойти проторенным путем и позвать его куда-нибудь, в кино, например. Пусть это будет выглядеть смешно, но зато искренне. И если он меня пошлет, значит, я ему вообще ни в каком качестве не нужен. И останется только как-нибудь пережить это.

-6-

Он переспрашивает:
- В кино?
Точеные брови приподнимаются, холод в янтарных глазах сменяется удивлением и даже… растерянностью? У меня дрожат колени. Я чувствую, что уже красный, как рак, но с отчаянием 
обреченного продолжаю смотреть ему в глаза. Жалкий же у меня сейчас вид, наверно. Если он сейчас засмеется… Но он не смеется. Он улыбается. Оказывается, он умеет ТАК улыбаться.
- Ну давай сходим, дядя Котик. Зайдешь за мной?

Я смотрю наверх, в синее майское небо. Пытаюсь уговорить себя, что не надо так радоваться. Ведь все только начинается… Но не могу.
Ведь все только начинается!


КОНЕЦ


Часть 2.

Научи меня быть счастливым (Все только начинается-2)
Предупреждения : POV Кирилла. 
Саммари : О том, что мы не ценим, что имеем. А «потерявши — плачем».

-1-

- Привет, заяц! Какие планы на сегодня?
- В кино иду.
Рус удивленно хмыкнул:
- Ты - в кино? А на какой фильм?
- Понятия не имею. На какой поведут.
- ТЕБЯ ВЕДУТ В КИНО?! Кто?
Я стойко выдержал паузу.
- Ну же, Кир! А-а, я, кажется, догадываюсь. Мальчик оказался настойчивым?
- Посмотрим, насколько.
Руслан гнусно захихикал:
- Ну смотри-смотри… Ой, не могу… Нашу Кирочку в кино позвали…
Я вздохнул:
- Самому смешно. Но он был такой трогательный…
Рус перестал смеяться.
- Да в общем-то ничего смешного в этом нет. Молодец мальчик. Эх, где мои двадцать лет!

Там же, где и мои, надо полагать. Правду говорят, что с возрастом время идет быстрее. Вот только недавно, кажется, двадцать пять отмечал, а через год уже тридцатник стукнет. Стареем, брат Рус… Надеюсь, хоть не внешне. Судя по тому, что двадцатилетние мальчики западают, пока еще нет.
А вот и он… Кидаю мимоходом взгляд в зеркало и иду открывать. И почему у меня такое хорошее настроение?..

Фильм мне неожиданно понравился. Зря, что ли в кино не хожу? Вроде ничего особенного, а как расслабляет. И мальчик забавный… Интересно, он хоть что-то из фильма запомнил? 
Выйдя из кинотеатра, закурил. Протянул пачку Косте:
- Будешь?
- Нет, не курю.
- Молодец. А я вот никак не могу бросить. Работа нервная.
- А где ты работаешь?
- В банке. Кредитами, в основном, занимаюсь.
- И как, интересно?
- Иногда. Но обычно одно и то же. И бумаг слишком много, но мне нравится. А ты чем занимаешься?
- Учусь на финансовом, вот и спрашиваю, интересно ли в банке работать, - он обезоруживающе улыбнулся. – Я же вообще без понятия, мне родители сказали поступать, я и поступил.
- А сам куда хотел?
- В том-то и дело, что никуда. Собственно, до сих пор не знаю, чем бы хотел заниматься. И вообще, я такой … обыкновенный.
Смутился, опустил глаза. Господи, какое же ты солнце, давно никто меня так не умилял.
- Я точно так же поступал, наобум, - кстати, чистая правда, - просто повезло, оказалось, что случайно выбрал то, что надо. Ничего, начнешь работать, может, понравится. А если даже и нет, финансовое образование все равно не помешает.
- Да, я тоже так думаю, – поднял глаза, посмотрел потерянно. Ну что ж ты так волнуешься, я же не девочка. Пора брать дело в свои руки. Нравишься ты мне, Костик, чего уж там.
- Позволишь теперь мне тебя пригласить? Я знаю неплохую кафешку тут рядом, поужинаем?
Пусть уж будет свидание по всем правилам. А там посмотрим.За ужином парень постепенно расслабился, оказавшись на удивление приятным собеседником. Оказалось, у него мама – филолог, преподаватель вуза. 
- Какое совпадение, - улыбнулся я, - у меня мать русский язык в школе преподает. 
- А у меня отец в школе работает. Историк.
- Значит, ты хороший мальчик из интеллигентной семьи, - я с самым нейтральным взглядом прижал его колено своим и с удовольствием пронаблюдал за реакцией. 
Костя трогательно порозовел, и я усилил нажим. Он поднял на меня взгляд, в котором смешались смущение и откровенный вызов, и что-то во мне дрогнуло. Мальчик больше меня не боялся. Мальчик хотел и собирался получить желаемое. Играть дальше в девочку-кокетку показалось глупым. Я попросил принести счет и сказал, как о чем-то давно решенном:
- Пойдем ко мне или у тебя есть другие предложения?
Других предложений не было.

Как только я вышел из ванной, меня прижали к стене и впились жадным поцелуем в губы.
- Ого, - сказал я, переведя дыхание. – Неожиданно, но приятно.
В серых глазах плескались возбуждение и смех:
- Поцеловать-то тебя я могу. Это единственное, что я умею.
- Хорошо умеешь, - признал я. 
Он действительно хорошо целовался. В прошлый раз как-то не до этого было. Мне в том состоянии требовался быстрый, даже грубый секс, и я его получил. Сейчас все было по-другому, да и Костя явно намеревался на этот раз активно участвовать в процессе. Я лежал на спине, позволяя ему вволю рассмотреть меня, трогать, ласкать. Было забавно и вместе с тем удивительно возбуждающе то, с каким восхищением он смотрел на меня, как осторожно обводил пальцем контуры мышц, как нежно скользил губами по коже. Я чувствовал себя величайшей драгоценностью и млел от удовольствия. Постепенно парень осмелел и начал гладить меня так и в таких местах, что просто терпеть изучение им моего тела стало невмоготу. Я извернулся так, чтобы он полностью оказался на мне и красноречиво потерся пахом о пах. О, там было обо что тереться.
- Я боюсь, - сказал он вдруг. - Ты хочешь как в тот раз?
- А ты хочешь наоборот? – поддразнил я.
В его глазах метнулась паника, впрочем, тут же подавленная. 
- Если ты хочешь. 
- Смелый мальчик, - я легонько поцеловал его. – Но я, правда, хочу как в тот раз. Ты тогда неплохо справился, помнится. 

В этот раз он справился еще лучше.
И с каждым разом справлялся все лучше и лучше. Примерно в нашу шестую встречу я с удивлением осознал, что вполне бы мог лежать бревном и все равно получить удовольствие. Не то чтобы я собирался так делать, но милый мальчик оказался сильным и страстным мужчиной. И он не боялся спросить то, чего не знал или в чем не был уверен, с легкостью смеялся над своими промахами, жадно и быстро учился. Где-то через месяц я понял, что нашел практически идеального для себя любовника. И дело не только в том, что я сам его всему научил. Далеко не только в этом.

-2-

Время уже полвосьмого. Надо по-быстрому позавтракать и выдвигаться. Лиана Ашотовна опозданий не любит. Сама ездит на метро и поэтому никаких оправданий насчет московских пробок не принимает. В итоге теперь я прихожу на работу на полчаса раньше, зато и вечером почти всегда получается вовремя уходить. В последнее время это весьма для меня важно. Вечера у меня часто бывают очень насыщенными.

- Кирилл Андреевич! Зайдите на минутку!
- Да, Лиана Ашотовна?
Какие же у нее глаза пронзительные, черные, жесткие. Акула. Но профессионал просто супер, не отнимешь. Ничего, и мы не лыком шиты.
Что это, она улыбается?
- Честно скажу, Кирилл Андреевич, я не была рада Вашему назначению.
А то я не знаю. Мне это назначение нелегко досталось.
- Но за это время Вы доказали свою компетентность и полное соответствие по всем своим качествам занимаемой должности. Я очень довольна Вашей работой.
- Спасибо, я рад, что Вы так высоко оценили мои способности. 
К чему бы это?
- Мне придется лечь в больницу на неопределенное время. Скорее всего, раньше, чем через два месяца, я на работу выйти не смогу. Филиал остается на Вас. Я не хочу привлекать человека из головного, на временную замену там никого толкового все равно не найдут. Думаю, что Вы прекрасно справитесь.
Черт! Я даже не знаю, как реагировать. Конечно, это мой шанс проявить себя, но и как страшно не справиться… И все-таки человек тяжело болен, нехорошо как-то получается…Но не отказываться же. Бормочу какие-то сочувствующие слова, обещаю не подвести.
- Кирилл Андреевич, – она еще и так умеет улыбаться? – Простите любопытство старой больной женщине, но в последнее время Вы, э-э, еще больше похорошели, хотя, казалось бы, больше некуда. Просто-таки светитесь. Может, ждать приглашения на свадьбу?
Честное слово, умел бы – покраснел. Не говорить же, мол, что Вы, это просто эффект от спермы моего юного любовника. Я ее, знаете, регулярно внутрь принимаю, с обоих концов пищеварительного тракта. Интересно, сочла бы она меня достойным возглавить филиал после такого заявления? Не удивлюсь, если сочла бы. У акул предубеждений не бывает. Им все равно, кого жрать.

Кстати, юный любовник успел два раза позвонить за время этого разговора. Что-то случилось? Обычно в рабочее время он меня не дергает…
- Костя?
- Привет! Кирилл, извини, что отвлекаю, просто надо быстро решать!
- Что решать?
- Тут Янке двухдневную путевку в хороший дом отдыха подарили, как раз на эти выходные. А у нее парень заболел, так что она не поедет. Если я не возьму, она кому-нибудь другому отдаст. Кир, давай поедем?
- Давай! – я был действительно рад.
Как раз и отдохну как следует перед новыми, еще более суровыми буднями. И почему я сам не подумал о том, чтоб поехать с Костей куда-нибудь на выходные? Потому что раньше всегда приглашали меня? Надо зарубить себе на носу, что у моего теперешнего любовника скромные финансовые возможности и проявлять инициативу самому. А то так и просидим с ним все лето в душной квартире…

-3-

На наше счастье, суббота выдалась теплой и солнечной. Мы даже успели выбраться за город до пробок. Костик душераздирающе зевал. На мое предложение поспать, пока едем, возмутился:
- Ну уж нет! Можно подумать, я каждый день с тобой отдыхать езжу!
- Хочешь насладиться каждой минутой? – развратно промурлыкал я и погладил его ширинку.
- Не отвлекайся! Мне еще жить охота!
Я погладил еще раз, прижав пальцы сильнее. Там шевельнулось нечто живое, теплое, нежное…
- Кир! Издеваешься, да? – он покраснел. Вот кто бы знал, в какого тигра превращается в постели этот котенок…
- Все-все, больше не буду… Просто ты так мило смущаешься…
- Засмущаешься тут с тобой… Ну погоди, я тебе еще отомщу!
Я засмеялся и сделал радио погромче. Машина летела по полупустому шоссе навстречу солнцу, в открытое окно дышало летнее утро, рядом Костя самозабвенно подпевал какому-то неизвестному мне певцу. Жизнь казалась подозрительно прекрасной.
Дом отдыха действительно оказался неплохим. Здание старое, но хорошо отремонтированное, уютные небольшие номера. Большой парк с прудами, бассейн, поодаль, сказали, есть теннисный корт и развлекательные заведения. Но туда мы с Костей так и не добрались. Нам и так было хорошо.
Пляжа здесь не было, но мы нашли укромную полянку в парке и почти весь день провалялись там, болтая обо всем, что приходило в голову. Костик рассказывал о всяких забавных сценках, которых насмотрелся, бегая курьером. В некоторых местах я смеялся до слез.
- Ты очень наблюдательный, - сказал я потом. – Я бы и половины этих случаев не заметил. И еще замечательно рассказываешь. Так мало кто умеет.
Он прямо засиял от радости. Совсем мальчишка…
- Я вообще люблю на людей смотреть. Любопытный очень, - самокритично признался он. – Интересно же… Вот едет, например, с тобой рядом в метро кто-то, для тебя он просто часть обстановки, правда? Как сиденье или колонна в зале, все равно. А ведь он живой человек, такой же как ты, кого-то любит, кого-то ненавидит… И иногда удается что-то из этого увидеть. Только надо смотреть.
Я слушал и думал, что для меня большинство знакомых мне людей – просто часть обстановки, исполняющая определенные функции. Только с ними надо придерживаться более сложных правил поведения, чем с неодушевленными предметами. Что это: издержки возраста, специфика профессии или я просто моральный урод? К сожалению, видимо, последнее, потому что я и в юном возрасте так же относился к людям. Даже похуже, пожалуй, если задуматься.
- Котик, - спросил я, - ты вообще людей любишь?
- Сложно сказать. Но они мне интересны. А ты?
- Люди мне даже и не интересны, - честно признался я. – По-твоему, это очень плохо?
- Ну, - он задумался. – Наверно, это хуже для тебя самого. Тебе не скучно так жить?
- С тобой не скучно, - продолжать разговор расхотелось. Я приподнялся, медленно провел пальцем по его щеке, от скулы до подбородка:
- Пошли в номер? До ужина еще есть время…
В воскресенье шел дождь, и мы полдня проспали. Даже пропустили обед. Решили ехать, не дожидаясь ужина, перекусить где-нибудь по дороге. Но на въезде в город все равно попали в пробку, минут на десять встав вообще намертво. Их Костику хватило для обещанной мести, о которой я успел забыть.
- Кир, - сказал он с самым невинным видом, - подвинься чуть назад.
Я без задней мысли слегка отодвинул сиденье. И только охнуть успел, когда он навалился мне на бедра и ловко расстегнул пряжку моего ремня.
- Ты что делаешь? 
- Мстю, - сказал он и с хищным урчаньем склонился к моему беззащитному члену. – Не дергайся, а то откушу.
Я обреченно застонал, почувствовав первое касание теплого языка.
- Вот ведь…научил плохому… на свою голову, - выдохнул я, старательно сохраняя скучающее выражение лица. К своей чести, я достойно выдержал испытание. Что значит почти десятилетний опыт работы кредитным экспертом! Главное в нашем деле - умение держать лицо!
- Месть удалась, - сказал я, отдышавшись, и как следует, до потери дыхания, поцеловал его в пахнущие мной губы, наплевав на возможных наблюдателей. Оно того стоило. 

-4-

Лето прошло, как всегда, незаметно. Я сновал по кругу: дом – работа – дом. Новые обязанности целиком занимали мое рабочее время, часто я не успевал пообедать, стал еще раньше приходить и позже уходить. Но справлялся, что наполняло меня законной гордостью. А для отдыха у меня был Костя. Мы еще несколько раз выбирались с ним за город, но в основном проводили время дома. Ни на что больше не оставалось сил, да ничего больше и не хотелось. Меня удивляло, как быстро и 
легко я впустил его в свое личное пространство. Раньше я старался вообще не водить любовников к себе домой, свято придерживаясь принципа: «Мой дом – моя крепость». Конечно, можно бы было снять квартиру для наших встреч, хотя бы для конспирации. Но я не стал. И денег было жалко – хотелось побыстрее разделаться с ипотекой, и, главное, не было нужды. Конспирацию Котик соблюдал свято, не хуже меня понимая возможные последствия вынужденного каммин-аута, и…он мне не мешал. Совсем. Впервые в жизни я встретил человека, который ничем меня не раздражал. И 
при этом двух более разных людей, чем он и я, трудно было себе представить. 

Болезнь Лианы оказалась еще более серьезной, чем она говорила. Девчонки шептались, что у нее рак в тяжелой стадии. В октябре стало известно, что на работу в любом случае она не вернется, возраст-то давно пенсионный.Я был уверен, что меня назначат директором. Любой на моем месте был бы уверен. Я уже исполнял эти обязанности, хорошо справлялся, находился в самом трудоспособном возрасте, имел отличное образование и завидный опыт. И когда меня вызвали в головной к генеральному, я сиял и готовился принимать поздравления. Еще помню, подумал, что надо будет машину поменять на более солидную.
А через два часа целеустремленно напивался в какой-то забегаловке. Мало того, что меня жестоко обломали по поводу назначения. Когда я, плохо соображающий от обиды, вышел из кабинета генерального и стоял в коридоре, пытаясь успокоиться, ко мне подошел мой новый начальник. И сказал, брезгливо цедя слова:
- Не знаю, какой ты специалист, Данилов, но я таких, как ты, насквозь вижу. И запомни, ты у меня до первого косяка работаешь. Терпеть вас, голубчиков, не могу.
Не знаю, какой реакции он ожидал. Скорее всего, что я сорвусь и дам ему повод уволить меня немедленно. Но не на того нарвался. Я выпрямил спину, смерил его самым своим ледяным взглядом и ответил:
- Не понимаю о чем Вы, Виктор Александрович. Но прямо сейчас Вы даете мне повод обвинить Вас в нарушении, как минимум, правил корпоративной этики. Не заставляйте меня этого делать.
И ушел, не дожидаясь ответа.Запала от здоровой злости еще хватило на то, чтобы пробежаться по кабинетам и расспросить о новоявленном директоре. Никто ничего точно не знал, только то, что 
в банке он раньше не работал, был какой-то мелкой шишкой в Минфине и к нам пришел явно по чьей-то высокой протекции.Перспектива работать с невежественным хамом, к тому же и отъявленным гомофобом, выглядела настолько удручающе, что я серьезно задумался об увольнении. Но терять 
с таким трудом достигнутые позиции? Сдаться добровольно? Да и о кредите забывать не следовало – я-то получил его как сотрудник, на льготных условиях. Злость и обида на жизнь душили так, что я впервые за долгое время решил напиться в одиночестве. И исполнил свое намерение, напрочь забыв о выключенном телефоне и ожидающем меня Костике.

-5-

Он ждал меня у подъезда. И это после всех моих предупреждений! Злость нахлынула с новой силой и, едва войдя в квартиру, я зашипел на него:
- Я же сто раз тебе говорил не светиться тут!
Костя тоже был зол:
- Я боялся за тебя! Звони тогда и предупреждай, чтобы я не ждал и не светился!
- Не надо за меня бояться! Я взрослый мужик и сам за себя отвечаю!
Он прищурился с незнакомым холодным блеском в глазах:
- Ты позволяешь себе забить на то, что я тебя жду, разъезжать пьяным по городу, не отвечать на звонки, а я не могу даже беспокоиться?
Я что, оправдываться перед ним должен? Ледяное бешенство затопило меня с головой.
- По-моему, это ты слишком много себе позволяешь. Кто ты вообще такой?
Он отшатнулся, как от удара. Серые глаза потемнели.
- Значит так, да? Я тебе никто? Мальчик забыл свое место, так что ли?
Я молчал. А хрен ли, все равно рано или поздно все бы закончилось. И так было слишком долго и слишком хорошо. Лучше перетерпеть все удары разом.Больше он ничего не сказал. Я закрыл за ним дверь. Вот и все. Я выпил еще стакан водки и рухнул в благословенное забытье.

Первые дни я старался не думать ни о чем, кроме работы, зная по прежнему опыту, что примерно через неделю после разрыва боль проходит, и я начинаю уже отстраненно воспринимать прошлое. И обстановка на работе этому способствовала.
Но вот прошла неделя, вторая, третья… На работе все более-менее устаканилось. Нет, директор не воспылал ко мне любовью, но, к моему удивлению, весь остальной коллектив молча, но дружно встал на мою сторону, и ему пришлось с этим считаться. Да и мой профессионализм он не мог отрицать, даже начал совета у меня спрашивать, хоть и сквозь зубы.
А боль не проходила. Вечерами тоска скручивала так, что хотелось выть, как брошенной собаке. И от знания, что бросил-то как раз я, легче не становилось. Я уговаривал себя, что так правильно. Что рано или поздно все бы открылось – ну невозможно вечно хранить такой секрет в старом московском дворе, это же не новые районы с тысячеквартирными домами! Что если будет скандал, и слухи дойдут до моей работы, на дальнейшей карьере в банковской сфере придется ставить крест, а это единственное, что я люблю и умею делать. Что так лучше и для него – так сильно оскорбленный, он легче и быстрее забудет обо мне и сможет жить нормальной жизнью. Он молодой, симпатичный, умный парень, найдет себе хорошую девушку, будет счастлив… Что когда-нибудь он бы сам ушел от меня, и это было бы еще тяжелее пережить… 
Ничего не помогало. Мне было плохо без него, и чем дальше, тем становилось хуже.

- Не думал, что когда-нибудь тебе такое скажу, но ты плохо выглядишь, - сказал Руслан, тревожно вглядываясь в мое лицо.
Я прикрыл глаза. Друг слишком хорошо меня знает.
- Ты же знаешь, какая веселая обстановка у меня на работе.
Рус недоверчиво хмыкнул:
- У тебя всякая обстановка бывала на работе, не помню, чтобы ты из-за этого так грузился.
- Русик, не надо, ладно? Я все про себя знаю.
- Не хочешь говорить?
Я молчал. Что я мог ему сказать? Что я тупо сорвал злость на самом дорогом, как оказалось, для меня человеке и тем самым сломал себе жизнь? Он бы так и понял мой рассказ. Ведь так оно на самом деле и было.
- Хорошо, Кир, не буду тебе в душу лезть. Только знаешь, исправить нельзя только смерть. По крайней мере, так говорят умные люди.
Я невесело усмехнулся. Исправить-то можно, да надо ли? Не думаю, что я еще настолько нужен Костику. 
Я ехал домой под первым снегом и думал, что чего-то не понимаю в этой жизни. Чего-то, без чего, в принципе, жить и не стоит. Иначе почему мне, молодому, успешному, красивому, кажется, что я стою среди развалин и знаю, что ничего больше построить не смогу?

-6-

В квартире темно, но нигде, кроме прихожей, я свет не зажигаю. Как-то лучше в темноте, легче дышится. А все что надо, я и так прекрасно найду. Не так-то много этого всего и надо… Вот стакан, а вот и … да, этот скотч прекрасно подойдет. С Котиком мы его не пили. 
Во дворе пусто. О, а я вовремя приехал, снег-то все гуще валит. Вот и еще одна зима. Темнота, слякоть, холод… Сдохнуть, что ли… Жалко, я живу только на втором этаже. А то бы вот прямо сейчас окно открыть и…
Знакомая фигурка бредет через двор. Поднимает голову, я непроизвольно отшатываюсь. Он смотрит на мои окна? Отворачивается, идет дальше. Но не домой. Подходит к моей машине, трогает капот, гладит, как живую…
Кажется, стакан разбился. Черт с ним. Куртка, ключи… Какое счастье, что я живу на втором этаже. Быстрее, пока он не ушел…Успел! Кричу ему в спину:
- Костя! Постой!
Вздрагивает, поворачивается. Да, солнце, это я…Подхожу ближе. Губы дрожат, но два слова-то я выдавлю:
- Прости меня.
Он выдыхает, прикрывает на секунду глаза.
- Т-ты…
Я впечатан спиной в собственную машину. Неудобно стоять, и ноги в тапках уже замерзли, но как же хорошо… Он раньше никогда так меня не целовал. Синяки будут. Ну и пусть…
- Я так скучал, - шепчу в губы, притягиваю его за бедра. Ты чувствуешь, как я скучал?
- Я тоже, - ох, я уже понял. Солнце, если ты захочешь нагнуть меня прямо здесь, я не буду сопротивляться. Только все же лучше…
- Пойдем ко мне? Сейчас?

Надо бы встать, в душ сходить… Но невозможно от него оторваться. Провожу пальцами по лицу, разбираю прилипшие ко лбу русые прядки. Он жмурится довольно, потом резко садится, наклоняется надо мной:
- Кирилл, все-таки, почему? Что было не так?
Я глажу его руки:
- Потому что я идиот. Рус как-то сказал, что я не хочу быть счастливым, не умею. Наверно, он прав.
Он фыркает недоверчиво:
- Как так? Все умеют быть счастливыми.
- Значит, я один такой урод.
Он смеется, падает на спину, тянет меня к себе:
- Ну ничего, я тебя научу!
И я ему верю.


КОНЕЦ 


Часть 3.

POV Костя.


- Котик, вставай. Тебе пора домой.
- Ага.
Я не хочу идти домой. Но ночевать второй день подряд Кирилл меня не оставит, сто пудов. Конспирация, чтоб ее… Как же достало! И я так и не сказал сегодня, что хотел. А вообще-то еще не поздно, я же еще не ушел. Поднимаю голову:
- А ты спать сейчас будешь?
- Нет, в клуб поеду, мальчиков снимать. Не кусайся!
- Это тебе за мальчиков. Кир, я вот думал…
- Да-а-а? Ай, больно же!
- А ты не издевайся!
- Все, не буду…Так что ты там думал?
- Когда мы… Ну, ты же всегда снизу. А я думал, что пассивы, они такие женственные, что ли…
- А я та-акой брутальный мачо? Совсем не зайка, нет?
- Сволочь ты. Ну, я же серьезно!
- А если серьезно… Нравится мне. Хотя и в активе могу, смотря с кем. Но с хорошим партнером мне снизу больше нравится, ощущений больше. Хочешь попробовать?
Я решаюсь. Сейчас или никогда. И ночевать оставит, люблю с ним спать. И вообще… люблю.
- Хочу. И прямо сейчас.
Кир смотрит на меня. Ой, мама, какие глаза хищные…
- Боишься? – мурлычет большой кошкой, пума и есть пума.
- Есть немного. Но все равно хочу.
- Мой храбрый мальчик… Тогда не трепыхайся. Расслабься и получай удовольствие. 
С ним легко расслабляться. Через какое-то время я уже растекаюсь по постели, как желе, и вижу все сквозь легкую радужную дымку. Его губы и язык рисуют горящие узоры на моем теле, его пальцы творят невообразимое внутри меня, охренеть можно, почему же я раньше не решался…
- Кир, не могу больше…
Он быстро целует меня в губы, выдыхает с хрипотцой:
- Перевернись и на коленки, удобнее будет… Вот так…
Больно, но не так сильно, как я ожидал. Непривычно, странно, но терпимо. Возбуждение слегка спадает, но все равно хорошо. А когда он находит правильный угол и начинает двигаться ритмично и сильно, я снова уплываю в цветной туман. А потом вообще все вспыхивает перед глазами, и я падаю лицом в подушку, чувствуя, как меня накрывает горячее взмокшее тело…
- Живой? – Кир гладит меня по заднице.
- Кажется, - я переворачиваюсь на спину, прислушиваюсь к себе. Легкий дискомфорт, больше ничего. – Мне понравилось, и чего я раньше не попробовал?
Он улыбается:
- Мне тоже понравилось. Я и забыл, оказывается, как это бывает. Девственник ты мой, теперь уже бывший…
- Я еще так хочу, давай почаще меняться.
- Давай, я не против. М-м-м, какой ты сейчас нежный котенок…
Мы целуемся разнеженно-лениво, сладко, долго… У меня глаза слипаются, я удобнее устраиваюсь у него на плече… Не тут-то было.
- Дядя Котик, время - первый час. Тебе пора домой.

  • Автор: Sammy Lee
  • Название: Все только начинается и Научи меня быть счастливым
  • Бета: XTreme
  • Пэйринг: Костя/Кирилл
  • Жанр: Слэш, Романтика
  • Рейтинг: R
  • Размер: Мини
  • Предупреждение: Нецензурная лексика
  • Описание:

    О том, к чему может привести излишнее любопытство. А так все банально. Обычные люди, обычная жизнь. Вторая часть о том,что мы не ценим, что имеем. А «потерявши — плачем».

  • Комментарий автора:

    С благодарностью XTreme за неоценимую поддержку

  • Комментарий веб-мастера:

    Здесь два ориджа и маленький драббл, связанные героями и сюжетной линией. Так же легко и интересно читать, как и другие произведения этого автора.

  • Дисклаймер: Все принадлежит автору. Для сайта Yaoi Sanctuary разрешение получено, по всем другим вопросам размещения обращайтесь лично к автору.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Комментарии  

indiscriminate
# indiscriminate 11.11.2017 14:50
Мммм, это - все? Хорошо, но как-то резко завершилось.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать